Парадигмы   Дневники   О проекте   Поддержать проект
ПОИСК в архиве «Толкование сновидений» (только по слову)

Чтобы поисковая машина нашла все формы слова, введите слово без окончания
Имя:
Пароль: 
запомнить
Забыли пароль?
Зарегистрироваться

Сонник и толкование снов


Рассылка "Мир сновидений"


Рассылки@Mail.ru
Мир сновидений

Сонник » Действия » Поедание и кормление

Еда традиционно связывается с представлениями о пополнении сил организма. Поэтому есть что-то во сне или кормить кого-то - чаще всего понимается как усилиение этого посредством внимания, заботы и т.д. "Подкормить" можно идею, чувство, замысел, какую-нибудь деятельность. "Подкормить" можно отношения или какого-нибудь человека, т.е. мы "кормим" все, во что мы вкладываемся: вниманием, временем, эмоциями, усилиями, деньгами.

В методе символдрамы есть  специальный прием, который так и называется - "кормление". Он применяется тогда, когда среди представляемого нами образного ряда возникает нечто (обычно это дикое животное, злобная птица или какое-нибудь чудовище), которое выглядит голодным и свирепым и готово нас сожрать. Чтобы оно нас не съело, ему предлагается пища, и процедура кормления длится до тех пор, пока существо не наедается и не засыпает. Это интерпретируетс так: некая внутрипсихическая сила (мысль, чувство, комплекс и т.д.) "одичало" без нашего присмотра, при этом его энергетический потенциал настолько велик, что оно может поглотить наше "Я" (так нас может захватить некая идея или эмоция, подчинив себе и лишив личной воли), чтобы этого не случилось, нам нужно наладить с ней контакт, но поскольку близкий контакт очень опасен, то предпочитаются дистантные формы и кормление - одна из них.

В "Поэтике сюжета и жанра" О.М.Фрейденберг пишет: "В самом деле, праздник рождения оказывается праздником еды — это Рождество с его рождественским столом, уходящим далеко вглубь древности, в свадьбе есть и обряд хлеба и вина, — вслед за венчанием идет на дому пир или, во всяком случае, брачная трапеза, смерть и похороны знаменуются тем же актом еды и на могиле и дома, но, помимо этого, существует еще и так называемая трапеза мертвых, т.е. и сам покойник, изображенный на вотивах и могильных плитах, мыслится едящим и пьющим. Один беглый перечень этих общеизвестных фактов показывает, что акт еды в представлении древнего человека соединялся с кругом каких-то образов, которые прибавляли к трапезе как к утолению голода и жажды, еще и мысль о связи акта еды с моментами рождения, соединения полов и смерти. Но показывает не только это. Если мы встречаем одно и то же действие в виде реального и в виде имажинарного, если совершенно различные явления смешиваются в сознании одно с другим, и если такие биологические факты, как утоление голода, как появление ребенка или смерть человека, воспринимаются вопреки их реальной сущности, то ясно, что мы имеем дело с двумя явлениями, во-первых, с действительностью, во-вторых, с концепцией этой действительности в сознании.

...ясно видна одна и та же семантика, слегка варьированная, и она-то вполне показывает единство образов еды, жертвоприношения, священного варева и убийства, разрывания, бессмертия. «Сварить», изжарить мясо в огне — это значило получить не только омоложение, но палингенесию, «новое рождение», «воскресение». Космогоническое значение варки надолго осталось и в греческой мифологии, и в греческой философии. Самый огонь — алтаря, костра или печи — получил семантику того начала, которое родит и оживляет; отсюда — семантика погребального костра как частный случай регенерационной сущности огня. Отсюда же и семантика мирового пожара, который перерождает и обновляет вселенную.

Мы видим в мифе и обряде проглатывание детей, божества, человека, и в этом акте проглатывания рот метафорически уподобляется земле, чреву, преисподней, рождающему органу. Проглатывая, человек оживляет объект еды, оживая и сам, «еда» — метафора жизни и воскресения. Принести в жертву — это, как указывают Тантал и Фиест, значит съесть. И значит «спасти», сделать смерть жизнью. С едой, таким образом, связано представление о преодолении смерти, об обновлении жизни, о воскресении. Отсюда — позднейшее прикрепление обрядов еды к воскресающим богам, отсюда и древние «пиры бессмертия», нектары и амброзии, дающие избавление от смерти и вечную молодость. Понятно поэтому, что в античности, — в Риме особенно, — когда случалось бедствие (мор, смертельная опасность, война), сейчас же прибегали к пульвинариям и всякого рода культовым и общественно-обрядовым трапезам, это была искупительная жертва, избавлявшая от смерти".

Приведенная цитата хорошо иллюстрирует идею, что еда имеет глубинные и весьма архаические смысловые ассоциации с рождением, смертью и жертвоприношением. Важно отметить еще и ее "заместительный" аспект. В волшебных сказках встречается присказка: "Не ешь меня" и что-то предлагается взамен. Как мы видим, это та же заместительная жертва, как в жертвоприношении Аврама. Любопытно, что в христианской Евхаристии заместительные по сути дела хлеб и вино вновь обрели свой изначальный смысл как "крови и плоти" Бога.

Поэтому акты еды и кормления в сновидениях - это изображение того, что мы готовы в чем-то участвовать, на что-то тратить силы, что мы готовы что-то растить, вскармливать, и что в конце концов мы готовы нести за это выращенное и вскормленное ответственность.

Еда связана с жизнью, но мы вспоминаем об этом, только когда сами испытываем острый голод. Поскольку редко голодая, цивилизованные люди все больше воспринимают еду как эстетический фон. Вот как описывает свое переживание еды как источника жизни М.-Л. фон Франц в своей работе "Кошка. Сказка об осовобождении фемининности": "Из этнологии нам известно, что во всех примитивных цивилизациях растения и животные, служащие основной пищей племени, являются божественными. Их считают священными. Для племени эскимо богом является олень карибу, для фермеров - пшеничное зерно и т.п. Я знала это, но никогда не ощущала, пока однажды, еще будучи молодой и бедной, не отправилась в длительный переход через горы, ночуя в стогах сена, омываясь в холодных горных реках и питаясь только раз в день, чтобы сэкономить деньги. К вечеру третьего дня перехода я была так голодна и несчастна, что решилась зайти в гостиницу и заказать тарелку спагетти. Мы были вместе с несколькими друзьями. А затем я потеряла сознание. Оно полностью отключилось, а когда позже я пришла в себя, у меня появилось ощущение тепла и экстаза. Когда мне удалось приоткрыть глаза, окружающие посмотрели на меня и сказали: «Да уж» - потому что я поедала спагетти, как животное, абсолютно бессознательно и совершенно забыв обо всем. Я очнулась, словно ото сна, ощутила, как по моему телу расходится тепло от съеденной пищи, и почувствовала: «Теперь я живу. Я умерла, а теперь снова ожила».

Могу сказать, что это ощущение я помню до сих пор. Событие действительно было похоже на ритуал смерти и возрождения, и с тех пор я знаю, что значит быть голодной и ощущать бога, который возвращает тебя к жизни, позволяя себя съесть. Примитивные племена всегда живут на грани голода, ощущая смерть всем своим существом, когда наступает голодное время. Человек чувствует, что становится настолько слабым, что больше не может передвигать ноги. А затем, когда внезапно в него проникает такой мощный жизненный поток, он чувствует, что бог вернул его к жизни. Я могла поклониться тем спагетти или тому богу зерна, из которого они сделаны. Я могу поклониться ему сейчас. Это жизнь. Это мистерия жизни. И это помогло мне понять фразу, которую однажды сказал Юнг: «Фрейд был не прав. Я не верю в то, что секс - основная потребность и основное влечение человечества. Основной потребностью является утоление голода. Голод - это проблема номер один, а сексуальное влечение появляется лишь тогда, когда удовлетворено чувство голода»."

 Мясная пища. " К сожалению, в английском языке, - пишет там же М.-Л. фон Франц, -  существует различие между словами flesh (плоть) и meat (мясо) (Очевидно, оно существует и в русском языке. - Прим. пер.). В немецком языке существует лишь одно слово Fleisch, поэтому совершенно ясно, что оно обозначает, ибо в Библии все время говорится об утехах плоти, плотской жизни и т.п. На англосаксонском наречии животное называют свиньей (pig), но если из нее сделать мясное блюдо, оно уже называется pork (свинина). С моей точки зрения, это лицемерие, ибо таким образом делается попытка скрыть, что на самом деле англичане едят свиней и овец. С их точки зрения, баран, если он мертв, объективно уже не связан со смертью. Во французском языке тоже существует эта разница: мясо называется viande, a плоть - flesh. Но в немецком языке это одно слово, и фактически это действительно одно и то же. Это часть плоти, плоти животного, плоти, благодаря которой мы живем. Это наша основная пища. Когда-то наши предки, еще будучи обезьянами, совершили выбор, перестав быть вегетарианцами и став всеядными, и в этом смысле мы остаемся такими же.

Что касается амплификации понятия плоти, по-моему, на эту тему не стоит слишком много думать, хотя можно убедиться в том, что в плоти содержится таинство. Здесь не все так просто, но в прямом смысле слова это физическая, телесная реальность, реальность нашего тела. "

Растительная пища. "Образ ореха, - читаем мы там же у М.-Л. фон Фрнац, -  часто появляется в мифологической литературе. Характерное свойство орехов заключается в том, что у них очень твердая скорлупа, а потому их невозможно съесть, не проникнув сквозь нее, и тогда можно остаться голодным. Но внутри ореха находится сладкое ядро, богатое жирами и витаминами, а следовательно, оно очень питательно. Это пища, которая может храниться целую зиму и не портиться. Обычно орехи собирают осенью и едят всю зиму. Это один из самых первых видов пищи человечества. В средневековой мифологии орех был символом Христа, Его Учения, ибо внешне оно казалось очень жестким и недоступным; но если человеку удавалось глубже вникнуть в него, оно становилось благодатным и полезным. Именно так в средние века отцы церкви интерпретировали образ ореха. Таким же архетипическим смыслом обладает все, что снаружи кажется непроницаемым, но имеет позитивное внутреннее содержание. На этом я пока остановлюсь и перейду к амплификации следующей формы - кукурузного зерна.

Кукуруза - это плод земли-матери, а потому имеет связь с плодородием. Но кукурузный початок того же цвета, что и солнце, а потому представляет собой соединение противоположностей. Зерно кукурузы обладает качествами солнца, но оно вырастает из земли и принадлежит плодородной земле-матери, как и пшеничное зерно. У североамериканских индейцев маис играет такую же роль, как пшеница, которая в греческой мифологии является пищей Деметры. Мне не удалось найти в литературе, посвященной американским индейцам, других символических значений маиса, кроме того, что повторяет символическое значение пшеничного зерна, которое всегда ассоциировалось со смертью и возрождением. Даже в Евангелии есть такое изречение: «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, упав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода» (Евангелие от Иоанна 12:24.). Оно указывает на Элевсинские мистерии, которые происходили в то время, когда считалось, что мертвые возвращаются в чрево матери-земли, как посаженное в землю зерно кукурузы, и таким образом предполагает возрождение жизни. Древние греки готовили некое подобие медового джема с зернами кукурузы, который хранили дома в специальных глиняных горшках. Эти горшки обладали особой симметрией дома и символизировали потусторонний мир и находящихся в нем мертвых людей. На празднике, соответствующем Fastnacht в Швейцарии (И Масленице в России. - Прим. пер. ), греки, открыв эти горшки, в течение трех дней ходили по селению и общались друг с другом. После этого они убирали дом священными ветвями и говорили мертвым: «Возвращайтесь к себе в потусторонний мир» - и снова накрывали горшки.

Итак, горшки с зернами кукурузы действительно символизировали потусторонний мир, где умершие покоились в чреве матери-земли. Умерших людей также называли Demetroi - люди Деметры или те, кто принадлежит Деметре. Духовный символический аспект зерна развит гораздо больше, чем такой же аспект маиса, но в основном они имеют одинаковый смысл, связанный с принадлежностью Великой Матери, с основной пищей человека и с плодородием и человеческой жизнедеятельностью. Такой же трансцендентный смысл возрождения имеет только пшеничное зерно.

...Образ ореха в определенном контексте можно ассоциировать с Самостью или с аспектом целостности бессознательного. В наше время в Англии и Германии есть метафора: решить проблему - значит расколоть орех. Деликатную проблему, с которой сложно справиться, или вопрос, который трудно разрешить, мы называем «крепким орешком». Такой орех следует разбить или раскусить. Все контейнеры и все, что может служить контейнером, имеет фемининную коннотацию. Это относится и к ореховой скорлупе. Но в целом орех не имеет прямого отношения к фемининности. Это символ целостности, фемининный контейнер и питательное содержание."

Алкогольные напитки. Алкоголь связан с измененным состоянием сознания не только семантически (англ. spirit,  лат. spiritus), но и по своим фармакологическим воздействиям на человека. Поэтму в сновидениях употребеление алкогольних напитков может говорить о том, что для восприятия чего-то человеку нужно изменить привычные, устоявшиеся сознантельные представления. В малых дозах сновидный алкоголь указывает на необходимость большей гибкости сознания сновидца. 

Если же сновидцу снится, что он - алкоголик, то это уже другая история. «Алкоголизм - известный синдром покинутости. - Пишет там же М.-Л. фон Франц. - Во многих случаях алкоголизм возникает на почве либо реальной, либо воображаемой покинутости. Каждый алкоголик будет говорить о том, что его не любят, о своем одиночестве и т.д., но иногда это не соответствует действительности. Порой рядом есть люди, которые о них заботятся, но они все равно ощущают себя одинокими. В других случаях подобных людей действительно бросили, и поэтому они пьют. Покинутость - это ощущение, которое приходит вместе с алкоголизмом, поэтому на него всегда следует обращать внимание. Именно поэтому столь успешна Ассоциация анонимных алкоголиков. Чтобы справиться с синдромом покинутости, к алкоголику нужно всегда проявлять заботу и внимание. Чтобы человек убедился, что кому-то нужен, кто-то обязательно должен о нем заботиться чуть ли не ежедневно. Иначе его не избавить от этого синдрома.

Я бы отметила, что синдром покинутости в основном связан с проблемой любви, партнера, эроса. Если алкоголик — женщина, то у нее существуют проблемы в отношениях с мужчинами. Естественно, что у мужчины так проявляется проблема Анимы, проблема женщины, проблема эроса. Внутри его Анимы что-то не действует; он не может найти с ней полноценного контакта. У женщины, наоборот, оказывается недостаточной связь с Анимусом. Таким образом, у них блокируется доступ к бессознательному. Отсюда их тоска и стремление к экстатическим религиозным переживаниям. Такая тоска приводит к алкоголизму и употреблению наркотиков. Как известно, зависимость в основном проявляется в стремлении войти в экстатическое религиозное состояние, ибо жизнь мрачна, тосклива и бессмысленна. Либо человек не находит никакого смысла в работе, либо ощущает отсутствие тепла в семейной жизни. Тогда у него возникает желание войти в состояние экстаза.»